О сверхсекретном совещании, космическом челноке и воинствующем маркетинге

Переговоры

О сверхсекретном совещании, космическом челноке и воинствующем маркетинге

Сверхсекретное “космическое” конструкторское бюро, зал заседаний, 10.00, понедельник.

Директор Бюро (ДБ): Господа. Перед нами сложнейшая задача. Сложнейшая. Государство значительно урезает финансирование космических программ, поэтому нам нужно начинать зарабатывать деньги. Да, мы этого не умеем. Да, мы с вами тут инженеры, а не финансисты, и слава, хочу я вам сказать, Богу. Но деньги зарабатывать нужно. Поэтому с сегодняшнего дня в штате нашего бюро появляется новая должность — Директор Бюро по Маркетингу. Вот он (ДБ показывает на сидящего справа от него человека). Прошу любить и жаловать, и передаю ему слово.

Директор Бюро по Маркетингу (ДБМ): Здравствуйте, мои новые коллеги и, смею надеяться, будущие друзья. Как уже сказал Директор Бюро, перед вами, то есть нами, сложная задача. Очень сложная, но выполнимая. Вам, то есть нам, нужно зарабатывать деньги. И мы, то есть… ну да, мы — мы их заработаем. У меня для вас фантастически замечательное известие — правительство дало разрешение на продажу нашей космической техники в другие страны (гул в зале заседаний, то ли одобрительный, то ли наоборот). Да, да, в другие страны. Это беспрецедентный шаг со стороны правительства, и мы должны в полной мере воспользоваться этой возможностью. Мы начнём продавать нашу технику, и мы начнём зарабатывать деньги.

ДБ: Да, господа, дела обстоят именно таким образом. Мы выходим на рынок космической техники, но есть одно серьёзное препятствие — у нас нет продукта для этого рынка.

Главный Конструктор (ГК): А наш космический челнок? Это не продукт? Чем он плох?

ДБМ: Он хорош всем, кроме одного — его невозможно продать. Он никому не нужен в том виде, в котором сейчас существует. Я сожалею, но это так.

ГК: Я не понимаю. Наше космическое агентство он вполне устраивает, а продать его невозможно? Почему?

ДБМ: Потому что он разработан и построен для того, чтобы летать в космос, а не для того, чтобы продаваться.

ГК: А продаваться он будет не для того, чтобы летать?

ДБМ: Продаваться он будет для того, чтобы мы могли заработать деньги.

ГК: А потом? Когда мы их заработаем — что будет с челноком?

ДБМ: Какая разница что с ним будет?! Наше дело — продать. А что с ним будет делать покупатель — это личное дело покупателя!

ДБ: Господа, не нужно горячиться. Наша задача — привести наш челнок к соответствию требованиям рынка. Для этого нужно внести в его конструкцию кое-какие изменения. Вот и всё. А какие изменения вносить — об этом знает Директор Бюро по Маркетингу, для этого мы его и пригласили.

ГК: МЫ его не приглашали.

ДБ: Хорошо, Я его пригласил.

ДБМ: Да, меня пригласил Директор Бюро. И я вам помогу заработать деньги.

ГК: Это мы уже поняли.

ДБ: Господин Директор Бюро по Маркетингу, может быть, вы ознакомите наших конструкторов с теми изменениями, которые, по вашему мнению, нужно внести в конструкцию челнока?

ДБМ: С удовольствием. Но сначала один маленький вопрос к собравшимся. Господа, в чём главное достоинство вашего челнока?

ГК: Он летает.

ДБ: В космос.

ДБМ: И всё?

ГК: Нет, он ещё и возвращается.

ДБ: На Землю.

ГК: Как бумеранг.

ДБМ: И всё?

ГК: А вам мало? Улетает — возвращается. Как бумеранг.

ДБМ: И что тут такого? Завтра китайцы сделают свой челнок, он тоже будет улетать и возвращаться. И чем ваша птичка будет отличаться от китайской?

ГК: Например, качеством.

ДБМ: Качеством чего?

ГК: Качеством всего. Начиная от конструкторской разработки, заканчивая сборкой.

ДБМ: Китайцы скопируют вашу разработку подчистую, не сомневайтесь. А девяносто процентов составляющих вашего челнока и так сделано в Китае.

ДБ: Ну, не девяносто.

ДБМ: Хорошо, восемьдесят. Что это меняет? Я вам говорю о том, что китайцы сделают продукт, ничем от вашего не отличающийся, понимаете — ничем. И он тоже будет прекрасно улетать в голубые дали, а потом из них возвращаться. И они тоже захотят его продавать, только продавать его они будут дешевле, чем вы. И, как вы думаете, кто завоюет рынок?

ДБ: Китайцы.

ГК: Тот, чей челнок будет лучше.

ДБМ: Что значит “лучше”? Объясните.

ГК: Как я могу объяснить это ВАМ? Вы же не специалист.

ДБМ: А покупать челноки будут специалисты?

ГК: Откуда я знаю, кто их будет покупать?!

ДБМ: А я вам объясню. Те, кто будет покупать, не станут особо углубляться в чертежи и схемы. Они прочитают технические характеристики, посмотрят на внешний вид, оценят стоимость — и сделают выбор.

ГК: Не в нашу пользу, конечно.

ДБМ: На нынешнем этапе — не в нашу. Но если мы немного поработаем над челноком, то сможем привлечь покупателя на свою сторону.

ГК: И заработаем деньги.

ДБМ: Совершенно верно.

ГК: Ну хорошо, какие изменения, по вашему мнению, нужно внести в конструкцию?

ДБМ: Не очень существенные. Скорее — косметические.

ГК: Давайте уже перейдём к конкретике.

ДБМ: Давайте. Начнём с главного.

ГК: Начнём.

ДБМ: Я бы хотел узнать, кто в вашем бюро отвечает за дизайн челнока.

ГК: У нас за дизайн никто не отвечает.

ДБМ: Ну, кто разработал внешний вид? Кто-то же его разработал?

ГК: Логично. Но внешний вид не создавался специально, он продиктован техническими характеристиками и требованиями аэродинамики.

ДБМ: Это плохо.

ГК: Вы думаете?

ДБМ: Я уверен. Вот смотрите — хвост.

ГК: Чей?

ДБМ: Хвост вашего челнока.

ГК: Вы имеете в виду киль? А что с ним?

ДБ: Нормальный хвост, по-моему.

ДБМ: Ну как же нормальный! Это же не хвост, а хвостик! Невзрачный, невнушительный. Неубедительный.

ГК: Надо же…

ДБ: Но нашему челноку именно такой и нужен. Зачем ему большой киль?

ГК: Наверно, чтобы лучше продаваться. И чтобы мы могли заработать деньги.

ДБМ: Совершенно верно. С таким хвостом ваш челнок никто не купит.

ГК: А с большим — купят?

ДБМ: С большим — купят.

ГК: Но если изменить конструкцию хвостового оперения, изменятся лётные характеристики челнока. Вас это не смущает?

ДБМ: Меня — не смущает. Летать-то челнок всё равно будет, не правда ли?

ГК: Летать будет. Но хуже.

ДБМ: Это не важно. Главное, чтобы летал. И возвращался. Он будет возвращаться?

ГК: Будет. Но не так охотно.

ДБМ: Ничего страшного.

ДБ: Значит, увеличиваем в размерах хвостовое оперение?

ДБМ: Обязательно.

ГК: Идиотизм.

ДБ: С вашей точки зрения — возможно. А с точки зрения специалиста по маркетингу — полезное усовершенствование.

ГК: Которое поможет нам…

ДБ: …Заработать деньги, именно так.

ДБМ: Перейдём к носу.

ГК: Я в предвкушении.

ДБ: Прошу вас не ёрничать. Мы здесь не для упражнений в остроумии собрались.

ДБМ: Спасибо, господин Директор. Вернёмся к носу. С ним почти всё в порядке, за исключением одного.

ГК: Чего же?

ДБМ: Носу вашего челнока не хватает агрессии, напора. Понимаете?

ГК: Нет.

ДБ: И я не понимаю. Что значит “агрессии и напора”?

ДБМ: Если нос сделать длиннее и острее, челнок будет выглядеть гораздо выигрышнее.

ГК: Длинный нос будет мешать обзору при посадке. Это я так, на всякий случай уточняю.

ДБМ: Мне всегда казалось, что челноки приземляются на автопилоте. Зачем автопилоту обзор?

ДБ: Да, челнок сажает автоматика, но если что-то пойдёт не так, пилот берёт управление в свои руки.

ДБМ: А почему что-то должно идти не так?

ГК: Всякое бывает, знаете ли.

ДБМ: Хорошо, давайте встроим в нос видеокамеру, и выведем изображение на экран в кабине. Устраивает вас такой выход?

ГК: Вам виднее.

ДБ: Значит, договорились?

ДБМ: Договорились.

ГК: А со мной — нет.

ДБ: А если я вам прикажу? Вы мой подчинённый, в конце концов.

ГК: Тогда договорились. В приказном порядке.

ДБМ: Теперь крылья.

ГК: О, Боже!

ДБМ: Почему они такие куцые? Как будто их вашему челноку специально подрезали.

ГК: Я даже объяснять ничего не буду.

ДБ: Объясню я. Челноку не нужны большие крылья, это не самолёт. Он не планирует, а падает, и только перед самой посадкой крылья начинают выполнять своё предназначение. Тех крыльев, имеются, ему вполне достаточно.

ДБМ: Но они некрасивые!

ГК: Увеличим?

ДБМ: Желательно.

ГК: Господин Директор Бюро, слово за Вами. Прикажете — увеличим.

ДБ: Увеличим.

ГК: Вы приказываете?

ДБ: Да.

ГК: Считайте, что крылья уже большие. Может быть, придать им более элегантную форму? Как вы считаете?

ДБМ: Вы меня опередили. Я как раз хотел об этом поговорить. Вот разработанный мной эскиз формы крыльев, ознакомьтесь, пожалуйста (достаёт из папки лист бумаги и показывает собравшимся).

ГК: Что это?

ДБМ: Это крылья. Вид сверху.

ГК: А почему они… Вы это вообще сами придумали? Эту форму?

ДБМ: Я взял за основу крылья бомбардировщика “Стелс”, ну и слегка откорректировал.

ГК: “Стелс”… Понятно. Вам никто не говорил, что у вас недюжинный талант художника?

ДБМ: Нет.

ГК: И правильно делали, что не говорили.

ДБМ: Вас что-то не устраивает в эскизе?

ГК: Меня не устраивает всё, но главное — меня не устраивает то, что вы хотите крылья от “Стелса” прилепить к нашему челноку.

ДБ: А почему бы и нет?

ГК: Если вы прикажете — то да. Крылья от “Стелса”, киль от “Боинга” и нос от “Конкорда”. Как вам будет угодно.

ДБ: Зачем вы утрируете?

ГК: Затем, что у нас получится не челнок, а хрен знает что. И это хрен знает что, по-моему, уже не будет возвращаться на Землю, во всяком случае, не будет это делать так, как раньше.

ДБ: Так будет или не будет?

ГК: Надо всё просчитать.

ДБ: Вот вы и просчитайте сначала, а потом видно будет. Может быть, всё не так уж и плохо.

ДБМ: Я уверен, что всё не так плохо. У нас получится красивый и модный челнок, который будет привлекать внимание потенциальных покупателей на любой выставке.

ДБ: И его будут покупать.

ГК: И мы заработаем деньги.

ДБМ: Совершенно верно.

ГК: А то, что наш челнок своё основное предназначение будет выполнять из рук вон плохо — это не важно.

ДБМ: Я рад, что Вы, наконец, это поняли.

ГК: Я тоже рад.

ДБ: Есть ли ещё какие-нибудь пожелания, господин Директор Бюро по Маркетингу?

ДБМ: Есть, и довольно много.

ГК: Ух ты!

ДБМ: Перейдём к двигателям.

ГК: НЕТ!!!

ДБМ: Не пугайтесь. Меня интересует, очень ли мощные двигатели установлены на челноке.

ГК: Глупый вопрос. Эти двигатели — не основные, они играют вспомогательную роль и используются для маневрирования. Мощность тут достаточная, не более того.

ДБМ: Но всё равно, нужно написать значение мощности на бортах челнока. Крупным шрифтом.

ГК: При первой же посадке эти надписи сгорят к чёртовой матери.

ДБ: При чём тут посадка?

ГК: Да, действительно — при чём? Я забыл, извините.

ДБМ: Крупным шрифтом — значение мощности. Каким-нибудь ярким цветом. Привлекающим внимание.

ГК: Как скажете.

ДБМ: Да и сам челнок нужно покрасить в привлекательный цвет. Например, в красный. Очень выигрышно смотрится.

ГК: Это космический челнок, а не пожарная машина. То есть, это БЫЛ космический челнок.

ДБМ: Почему пожарная машина? Феррари вон тоже красные, и никто их пожарными машинами не называет.

ДБ: Давайте покрасим в красный цвет.

ГК: Мне всё равно.

ДБМ: С внешним видом разобрались. Перейдём к интерьеру.

ГК: Мне уже заранее плохо. Можно, я пойду?

ДБ: Нельзя.

ГК: У меня сейчас произойдёт много вещей сразу: инфаркт, инсульт, онемение конечностей и взрыв головного мозга. Вам хочется за этим понаблюдать?

ДБ: Не хочется. Я уверен, ничего плохого не случится.

ДБМ: Я бы предпочёл обсуждать вопрос интерьера с человеком, который непосредственно этим занимается. Есть у вас такой человек?

ДБ: Есть. Начальник Отдела Внутреннего Оснащения. Вот он.

ДБМ: Очень приятно.

Начальник Отдела Внутреннего Оснащения (НОВО): Аналогично.

ДБМ: Нам нужно многое изменить в интерьере челнока.

НОВО: Я догадался. С чего начнём? С кабины пилотов?

ДБМ: Да, я именно её и имел в виду.

НОВО: Значит так. Всю обивку меняем на кожаную, панель управления делаем из полированного дерева, ставим акустическую систему с двумя сабвуферами и восемнадцатью динамиками, плюс электрорегулировки всего, что только можно, плюс стеклоподъемники…

ГК: Обязательно!

ДБ: Стеклоподъемники — это уже лишнее.

НОВО: Я увлёкся. Но в остальном — всё годится? Я ничего не пропустил? Может, ещё сделаем неоновую подсветку по периметру? Она пользуется спросом.

ГК: У кого?

НОВО: У покупателей, конечно.

ГК: У покупателей чего?

НОВО: У покупателей всего, где можно сделать неоновую подсветку.

ГК: А-а.

ДБМ: Отличная мысль! Делаем всё, что вы сказали, включая подсветку.

ГК: Браво!

НОВО: Мы забыли одну штуку.

ГК: А, так это ещё не всё?

ДБМ: Какую штуку?

НОВО: Нужно предусмотреть разъёмы для подключения айподов, айпадов и айфонов. Это круто, это фишка!

ДБМ: Отлично! Так и сделаем.

ГК: Молодцы!

ДБ: Очень конструктивное обсуждение. Я рад.

ДБМ: Я тем более рад. Я ожидал гораздо более сложных дебатов.

ГК: А оно вон как оказалось.

НОВО: Но есть одна маленькая проблема.

ГК: Маленькая?

НОВО: Я бы сказал — совершенно незначительная. Но тем не менее.

ДБ: Ну что, послушаем о маленькой проблеме? Или ну её?

ДБМ: Давайте послушаем. Это может оказаться полезным.

НОВО: Даже не сомневайтесь.

ГК: Да говорите уже.

НОВО: Проблема в том, что при осуществлении всех этих изменений полётный вес челнока увеличится сверх критического значения.

ГК: Естественно!

ДБМ: И что это значит?

НОВО: Если коротко — челнок не взлетит.

ГК: И не вернётся.

ДБ: Не смешно.

ДБМ: Точно не взлетит?

НОВО: Точно-точно.

ДБМ: А нам нужно чтобы он взлетел?

ГК: Смотря как посмотреть.

ДБ: Это вы о чём?

ГК: Это я о том, что нам нужнее: чтобы он летал, или чтобы он продавался.

ДБ: А если и то, и другое?

ГК: Судя по всему, это никак не возможно.

ДБМ: Не вижу никакой трагедии.

ДБ: В том, что челнок не взлетит?

ГК: Это мелочи, не о чем говорить. Не взлетит, так не взлетит. Подумаешь!

ДБМ: Ну не взлетит. Что тут такого? Кто об этом будет знать? Покупатели оценят внешний вид и интерьер, с этим у нас всё будет в порядке.

ГК: А когда они решат запустить его, извините, в космос?

ДБМ: А нам-то что? Это уже не НАШ челнок будет — это будет ИХ челнок. И это будут ИХ проблемы.

ГК: Вы — гений. Преклоняюсь.

ДБМ: Спасибо. Надеюсь, вы это искренне.

ГК: Конечно нет.

ДБ: Не смешно.

ДБМ: Я не обиделся.

ДБ: Правильно, зачем обижаться. Ладно, подводим итоги.

ГК: Неутешительные.

ДБ: Что мы имеем. Мы имеем челнок, который отвечает требованиям рынка и способен хорошо продаваться.

ГК: Но при этом не способен летать.

ДБ: Да. Летать он или не способен, или способен летать не слишком хорошо.

ГК: Скорее не способен.

ДБ: Давайте выбирать. Или челнок, способный неплохо летать, но не способный продаваться…

ГК: Или мы заработаем деньги.

ДБ: Да, или мы заработаем деньги.

ДБМ: Большие деньги, уточняю.

ДБ: На которые мы сможем построить совсем новый челнок, который будет и летать, и продаваться.

ГК: Вы — соблазнитель.

ДБМ: Очень большие деньги. Очень.

ГК: И вы — соблазнитель.

ДБ: Что выбираем, господа?

ДБМ: Деньги.

ГК: Деньги, на которые можно будет построить новый челнок.

ДБ: Решено. Запускайте проект в работу, господин Главный Конструктор. Всем спасибо, все свободны.